Already a subscriber? - Login here
Not yet a subscriber? - Subscribe here

Displaying: 1-10 of 12 documents

Show/Hide alternate language

редакционная статья / editorial
1. The Digital Scholar: Philosopher's Lab: Volume > 1 > Issue: 3
Игорь Дмитриевич Невважай Igor D. Nevvazhay
Манифест правовой философии
The Manifesto of the Right Philosophy

abstract | view |  rights & permissions | cited by
Манифест правовой философии заявляет проект возможного развития современной неклассической философии. В философии постмодерна ряд фундаментальных идей классической философии был подвергнут сокрушительной критике. Две идеи классической философии стали предметом критического осмысления в данной статье. Вопервых, это метафизическая идея о наличии себетождественного бытия. Вовторых, представление о существовании «первичных» оснований объективного знания о мире. Неклассическая философия есть философия различия. Я предлагаю интерпретировать фундаментальное различие как единство обозначаемого и обозначающего. Это различие продуцирует разнообразные противоположности, в особенности, различие между наблюдаемым и наблюдающим, а знак есть граница между ними. Другой идеей правовой философии является различение факта и права и демонстрация того, что неклассическая философия использует аргументы, которые являются не достоверными фактами или бесспорными аксиомами, а мнениями, которым может быть придан правовой статус и которые являются модальными (деонтическими) суждениями. Это означает, что философский разум должен ориентироваться на создание норм (мышления, переживания, действия), которые обеспечивают эффективное взаимодействие человека (человеческого общества) с окружающим миром и являются условиями сохранения и воспроизводства че-ловеческого в человеке. Тогда философия берет на себя решение новой задачи: обоснования прав человеческого разума и создание соответствующего законодательства. Правовая философия – это не традиционная философия права, а специфическое движение философской мысли, которое подчинено идее права (в широком смысле слова); это попытка сделать философию семиотичной, нормативной, коммуникативной, правовой, законной.
дискуссия / discussions
2. The Digital Scholar: Philosopher's Lab: Volume > 1 > Issue: 3
Святослав Вячеславович Шачин, Владимир Александрович Кутырев, Евгений Валерьевич Масланов, Алексей Анатольевич Тарасов, Артем Маркович Фейгельман Svyatoslav V. Shachin
Франкфуртская школа в контексте основных тенденций историко-философского процесса в современной Германии
The Frankfurt School and the Main Trends of the Historical-philosophical Process in Contemporary Germany

view |  rights & permissions | cited by
университет / university
3. The Digital Scholar: Philosopher's Lab: Volume > 1 > Issue: 3
Елена Аркадьевна Тахо-Годи Elena A. Takho-Godi
А.Ф. Лосев – профессор нижегородского университета: к 125-летию со дня рождения мыслителя
Aleksei F. Losev, Professor at the Nizhny Novgorod University. On the 125th birthday anniversary

abstract | view |  rights & permissions | cited by
Работа посвящена одному из эпизодов в истории русской философии и в научной биографии выдающегося русского мыслителя А.Ф. Лосева (1893–1988). Статья в концентрированном виде обобщает все биографические материалы, связанные с историей преподавания А.Ф. Лосева в стенах Нижегородского университета и нижегородского Института Народного образования в 1919–1921 годы. В период работы в Нижнем Новгороде Лосев был избран профессором и заместителем декана истори-кофилософского факультета, выступал с докладами и читал разнообразные курсы – по фи-лософии, эстетике, философии музыки, классической филологии, античной литературе и древним языкам, самостоятельно и абсолютно свободно определяя программу и ракурс рассмотрения материала. В Нижнем Новгороде Лосев получил уникальный жизненный опыт как лектор, педагог и как организатор науки.
концепция / viewpoints
4. The Digital Scholar: Philosopher's Lab: Volume > 1 > Issue: 3
Ольга Евгеньевна Столярова Olga E. Stolyarova
О чем можно говорить и о чем следует молчать: релятивизм, скептицизм, апофатизм
What can be Said, and What must be kept in Silence: Relativism, Skepticism, Apophaticism

abstract | view |  rights & permissions | cited by
статье рассматривается философская позиция критики метафизики в контексте негативных философских традиций скептицизма, релятивизма и апофатической онтотеологии. Задается вопрос о том, в чем состоит принципиальное отличие негативных позиций скептицизма, релятивизма и апофатизма от реализма. Показано, что и в случае положительной онтологии, которая допускает познание мира, и в случае отрицательной онтологии, которая запрещает познание мира, речь идет о познаваемости познаваемого и непознаваемости непознаваемого. Но философия бы закончилась, почти не начавшись, этой тривиальной тавтологией, если бы не мыслила содержательно. Содержательные же вопросы относятся к установлению границ между познающим и миром, они задаются о природе связи между субъектом и данным ему в познании материалом или о причинах отсутствия связи (о причинах разрыва) между субъектом и тем, что лежит вне сферы его познания – «Великим Внешним». Показано, что отрицательная онтология, которая полагает предел нашему мышлению и утверждает непознаваемость мира в целом (абсолюта), тем не менее, остается онтологией, т. е. концептуальным выражением нашего постижения бытия и условий его непознаваемости. Таким образом, показано, что любая критика метафизики, включая релятивизм, нуждается в онтологии. Такая точка зрения обезвреживает релятивизм и по-зволяет помыслить философию в целом (включая и метафизику, и критику метафизики) в качестве онтологически укорененного знания.
5. The Digital Scholar: Philosopher's Lab: Volume > 1 > Issue: 3
Александр Юрьевич Антоновский, Раиса Эдуардовна Бараш Alexander Yu. Antonovski
Априоризм Хьюэлла и позитивизм Конта: конфликт коммуникации в условиях предметного консенсуса
Apriorism of August Comte and Positivism of William Whewell

abstract | view |  rights & permissions | cited by
В статье представлено введение к работе Уильяма Хьюэлла «Конт и позитивизм». Обосновывается, что идеи Конта рассматриваются в этом эссе лишь как предлог и повод для того, чтобы заявить общий протест против набирающей силу в научной и общественной жизни критической установки как в отношении к эволюции природы и науки, так и в развитии общественного устройства. Между тем, с предметно-содержательной точки зрения, позиции оппонентов оказываются весьма близкими. В этой связи обосновывается, что полемический пафос Хьюэлла может получить объяснение лишь в социальном измерении научной коммуникации. Эту работу можно назвать последним манифестом т. н. «староевропейской семантики» с ее доктриной «истинностного перфекционизма», предполагающего достижение состояния развития науки, в котором основные истины будут сформулированы навечно.
6. The Digital Scholar: Philosopher's Lab: Volume > 1 > Issue: 3
Ирина Алексеевна Герасимова Irina A. Gerasimova
Проблема «скоростной науки»
The Problem of “High-speed Science”

abstract | view |  rights & permissions | cited by
Целью исследования стал анализ проблемы времени научного исследования, проектной деятельности, инновационных разработок и их внедрения. Автор обсуждает данную проблему в междисциплинарном ключе, придавая ей статус проблемы глобальной эпохи. Автор выделяет социально-политические, когнитивные и глобально-коммуникативные аспекты проблемы. Коммерциализация научных исследований и автоматизация в управлении наукой приводят к интенсификации труда ученых, провоцируя безответственное отношение к познавательной деятельности. В глобальном масштабе менеджеры в науке и образовании выполняют роль катализаторов в разрушении системы рациональной науки. Автор связывает новые тенденции, которые изменяют направления познавательного поиска, с зонами обмена как между научными дисциплинами, так и между научным и вненаучным знанием. Обсуждение вопросов социально-гуманитарных технологий организации зон обмена связано с традиционной тематикой дискуссий в науке как форм научного исследования. Автор обращает внимание на перспективную роль когнитивных технологий в научном исследовании. На примере актуальных для философии науки проблем соотношения реализма и конструктивизма, статуса мысленных экспериментов автор обсуждает возможности подключения к обсуждению идей практик самореализации. Автор делает вывод о виртуализации научного творчества в техногенной цивилизации. Если ранее вопрос стоял об ответственности за действие и слово, то при нарастающих темпах развития встает вопрос об ответственности за мысль. Термин «скоростная наука» имеет две трактовки: в социальном аспекте как «поспешная, низкого качества» и в когнитивном аспекте как будущая наука «высоких скоростей внутреннего потенциала разума».
7. The Digital Scholar: Philosopher's Lab: Volume > 1 > Issue: 3
Наталья Николаевна Погожина Наталья Николаевна Погожина
Роль и перспективы марксистской теории в социальном анализе знания
The Role and Perspectives of Marxist Theory in the Social Analysis of Knowledge

abstract | view |  rights & permissions | cited by
В статье представлена реконструкция взглядов К. Маркса на роль социальных факторов в становлении и развитии знания, а также анализ потенциала марксистской методологии применительно к постановке и решению проблем, связанных с концептуализацией знания в современном неокапиталистическом дискурсе. В качестве магистральных выделяются следующие линии анализа марксовой теории: критическое рассмотрение «фетишизации» товара, концептуализация идеологии, трактовка науки, типологизация производства (выделение особого типа социального производства), практический характер познавательной деятельности. За К. Марксом утверждается важнейшая роль в развитии и теоретическом обосновании взглядов, согласно которым теория познания не может формироваться без анализа влияния социальных параметров на знание; обосновывается высокий объяснительный потенциал марксистской теории в рамках неокапиталистических подходов к анализу современности. В этой связи привлекаются идеи Андре Горца и Рэндалла Коллин-за, которые продуктивно используют марксистскую методологию и развивают ряд тезисов, впервые выдвинутых К. Марксом и указывающих на противоречивый характер роли знания в капиталистической парадигме. Подвергается критической оценке современная трактовка «когнитивного капитализма», переосмысливается категория «отчуждения» К. Маркса путем утверждения «новых форм отчуждения» в современности, а также осуществляется анализ меновой стоимости в условиях формирования парадигмы экономики знаний и негативных последствий научнотехнического замещения труда.
особое мнение / opinion
8. The Digital Scholar: Philosopher's Lab: Volume > 1 > Issue: 3
Надежда Дмитриевна Асташова Nadezhda D. Astashova
О некоторых специфических особенностях «информационного пространства»
Some Specific Characteristics of the “Information Space”

abstract | view |  rights & permissions | cited by
Статья посвящена анализу понятия «информационное пространство». Рассуждение строится на сравнительном анализе отличительных особенностей «информационного» от «социального» пространства. Ставится цель выявить уникальные черты «информационного пространства». Исследование основано на применении системного подхода. Делаются выводы о том, что особой формой существования в информационном обществе становится пребывание в информационном пространстве, которое, обладая символической «природой», устраняет материальные ограничения для самовыражения индивидов. Индивидуальная окрашенность существования в информационной реальности формирует такое специфическое качество информационного пространства как многомерность, выступающее условием построения альтернативных миров на основе фантазий и воображения в полном отрыве от реальности. Это сказывается на росте объема информации, который приобретает неконтролируемый характер, а масштаб разрастания информационного пространства перестает измеряться. Разрыв с культурноисторическими смыслами содержания информационного пространства связан в первую очередь с его техногенной опосредованностью. Такая ситуация приводит к утрате культурной и исторической идентичности как отдельных личностей, так и общества в целом. Развитие информационных технологий привело к сложным социокультурным изменениям как в жизни общества, так и отдельного человека, который теперь воспринимает мир сквозь призму коммуникаций в информационно-символической среде. Соответственно, социальные взаимодействия человека перемещаются в информационную среду, а разница между социальным и информационным пространством становится слабо выраженной. В этой ситуации актуальной задачей современности становится сохранение культурной традиции, исторического опыта предыдущих поколений как части информационного, технологичного мира.
case studies
9. The Digital Scholar: Philosopher's Lab: Volume > 1 > Issue: 3
Наталья Григорьевна Баранец, Андрей Борисович Веревкин Natalia G. Baranetz
Химера идеологии и науки в ХХ веке
The Chimera of Ideology in the Twentieth Century

abstract | view |  rights & permissions | cited by
Политическая философия науки только начинает формировать свое предметное поле, уже включающее изучение взаимодействия власти и знания, осмысление места науки в политической системе. Одно из возможных направлений расширения проблематики политической философии науки – исследование проявлений идеологии в науке. В статье описаны формы сращения политической идеологии и науки в ХХ веке. Отмечено, что последовательная государственная научная политика в Европе начала складываться не ранее 1930-х годов. При этом увеличение государственного финансирования науки сопровождалось ростом контроля умонастроений ученых и их научной деятельности со стороны политической элиты. Советское государство с начала своего существования решало задачу последовательного и планомерного развития науки. Идеологизация научной жизни в СССР периода 1930-40-х годов проявлялась в интенсивном давлении политической идеологии на некоторые дисциплинарные сообщества (историков, биологов, физиков). Властью был выбран директивный способ идеологического принуждения ученых, но в результате внешнее диалектическиматериалистическое единомыслие имело поверхностный характер. Иная стратегия идеологического контроля через экономические и законодательные инструменты была выработана в США. Одним из факторов, идеологизирующих научные исследования, здесь стал религиозный фундаментализм. Идеологически правильные исследования поощряются через государственные и частные фонды. Порицаемые правящими верхами идеи и научные теории дискриминируются законодательно и финансово. Эффект от такого способа идеологизации оказывается более долговременным и глубоким, чем от явного бюрократического воздействия. Заключается, что в ХХ веке идеологизация научной жизни стала реальностью во всех странах с развитыми научными институтами. Государственная политика требует от ученых демонстрации лояльности политическим элитам.
панорама / vista
10. The Digital Scholar: Philosopher's Lab: Volume > 1 > Issue: 3
Владимир Владимирович Слюсарев Vladimir V. Sliusarev
Философия и информация или философия информации: краткий аналитический обзор
Philosophy and Information or the Philosophy of Information: A Brief Analytical Review

abstract | view |  rights & permissions | cited by
В статье описываются и оцениваются различные концепции и подходы к рассмотрению феномена информации. Автор подчеркивает важность понятия информации как в анализе современного научного дискурса, так и в исследованиях общественных процессов, явлений и т. п. На основе современных работ в области философии информации поднимается вопрос о понимании самого феномена информации как основополагающего для определения понятия «информация». Рассматривается процесс историко-научной и историкофилософской эволюции понимания феномена информации в отечественной и зарубежной мысли. Акцентируется внимание на более детальной и фундаментальной проработанности понимания природы информации в отечественной литературе. Автором предпринимается попытка рассмотрения ряда современных исследований информации, объединенных под общим названием философии информации. Рассматриваются работы Лучано Флориди, Константина К. Колина и Лю Гана. Делается вывод о том, что, благодаря своим концептуальным отличиям, наиболее перспективной, с точки зрения автора, является модальная теория информации (МТИ), предлагаемая синологическим подходом как к философскому осмыслению информации, так и к западнофилософской мысли в целом.